КАРЛ БЕРЕНС

18 ноября 1909 г., Берлин:13 мая 1943 г.

Карл Беренс происходил из рабочей семьи. Овладел профессией слесаря-монтажника и мастера по художественным изделиям из металла. Окончив вечернюю гимназию, в которой учился с 1932 по 1937 г., получил аттестат зрелости и затем в специальном училище в Берлине изучал общее машиностроение.

В годы мирового экономического кризиса, захватившего в 1929 г. и Германию и оставившего без куска хлеба миллионы рабочих и служащих, Карл Беренс поначалу поверил демагогическим обещаниям гитлеровцев и полагал, что в лице НСДАП нашел партию, действительно выступающую за социальные и национальные интересы трудящихся. В сентябре 1929 г. он вступил в штурмовые отряды и в НСДАП, но уже вскоре он разглядел нацистскую демагогию. За критику Гитлера и его клики в мае 1931 г. был исключен из фашистских организаций.

 

Спустя год уже после того, как он стая членом КПГ, Карл Беренс познакомился в вечерней гимназии с членами Коммунистического союза молодежи Германии, которые ввели его в руководимый д-ром Арвидом Харнаком кружок по изучению экономических проблем социалистического строительства. Жадный до знаний рабочий занялся теорией марксизма-ленинизма. Связь с кружком Ар-вида Харнака он продолжал и после установления фашистской диктатуры. С 1934 г. занятия по изучению марксизма-ленинизма проводились преимущественно на квартире Карла Беренса. Этими занятиями руководили он и Милдред Харнак. Надежность и антифашистская [68] активлость Карла Беренса побудили Арвида Харнака, который с 1935 г. вел разведывательную деятельность в пользу Советского Союза, вовлечь его в эту ответственную работу. Руководствуясь чувством пролетарского интернационализма, Карл Беренс согласился вести ее. Вплоть до призыва в артиллерию в мае 1942 г. он оказывал Арвиду Харнаку и другим разведчикам из организации Шульце-Бойзена — Харнака помощь в выполнении ими патриотического долга. В 1938 г, Карл Беренс стал работать конструктором на военном заводе «АЭГ-Тур-бине», помогал коммунистической группе этого завода своими советами.

16 сентября 1942 г. Карл Беренс был арестован в своей части на Восточном фронте, доставлен в Берлин и после долгих мучительных пыток предан Имперскому военному суду, который 20 января 1943 г. приговорил его к смертной казни. Он был казнен в берлинской каторжной тюрьме Плётцензее.

13 мая 1943 г.

Самая любимая, хорошая моя Клере!

Постепенно уходит прекрасная весна, мир вокруг отцветает, а с ним и все живое. Минует все, что было или казалось таким прекрасным, оно и должно уходить в вечном круговороте. Когда я вернулся в Берлин из России, меня встретили осенние краски, но вот зима опять сменилась весной. Как великолепно было вновь увидеть все в цвету! Сияние и блеск солнца за окнами тюрьмы, твои письма и чудесный вид из окна — все это давало мне огромную радость в эти часы и дни, проведенные здесь. Острая тоска по вас, желание хоть раз еще взглянуть на вас — желание, к сожалению, уже не выполнимое. Я жил воспоминаниями о многих дивных часах, проведенных с тобой, хорошая моя, и с детьми, и мысленно прошел по всем пройденным нами вдвоем дорогам, снова пережил былое. Благодарю тебя, моя любимая, за все «прекрасное, за всю любовь и ласку, что ты дарила мне. И особенно благодарю тебя за трех маленьких воробушков, которые понесут дальше наше имя. Твои рассказы о вас позволяют мне, хотя нас разделяет пространство, жить нашей жизнью, я как бы участвую в ней. Маленькие воробушки, Петер, Марточка и милый малыш Гельмут, возлагают на тебя, дорогая Клере, огромную, трудную задачу, долг, от которого ты, я знаю, не откажешься даже тогда, когда я, принужденный судьбой, больше уже ничем но смогу помочь тебе. Любимая, мужественная моя жена, я не могу больше оправдываться перед тобой, не могу больше ничего тебе объяснять. Жизнь продолжается, пусть порой она и кажется невыносимо тяжкой. Но даже если она и тебе кажется невыносимой, не сдавайся. Взгляни: ведь я же продолжаю жить в наших детях, береги и поддерживай их, насколько хватит твоих сил, живи с ними и для них- это моя последняя просьба к тебе, а все близкие и друзья, если они хоть в какой-нибудь форме сумеют и захотят проявить участие, помогут тебе. Особенно прошу я позаботиться о маленьких воробушках и помочь им и тебе, насколько он захочет и сможет, доброго дядю Артура.

Медленно текут часы, последние в жизни человека, и все же я спокоен. И пусть никто не знает и не может сказать, что ждет впереди, сам я знаю, что жизнь с тобой могла заполнить целую жизнь и дала моей жизни чудесное содержание. За это я хотел бы еще и еще поблагодарить тебя.

Как сложится ваша жизнь дальше, неизвестно; какая судьба ждет наших детей, пока еще не знает никто. И я тоже не могу ничего предписывать тебе или просить тебя идти каким-то определенным путем, ты должна теперь все решать сама, а я знаю, чувствую, у тебя есть на то сила и воля и ты сумеешь устроить вашу жизнь в эту пору трудных решений. Но за него снова придут дни более счастливые п спокойные, они сделают жизнь желаннее, чем она, верно, кажется тебе сегодня. Тогда и ты, дорогая Клере, а вместе с тобой и все, кто мне дорог, сумеете превозмочь боль первых дней. Любимая моя, не забывай никогда, что жизнь продолжается и од-нажды она еще станет опять прекрасной и для вас.

Любимая моя, хотелось бы сказать тебе еще так много, что просто не зпаю, с чего начать и чем закончить. Но знаю, много слов здесь ни к чему. Глубочайший и конечный смысл жизни, на мой взгляд,- в стремлении идти все дальше и дальше, в глубоком и широком, прежде всего духовном, развитии каждого человека в отдельности, а отсюда и всех народов, всего человечества. В этом духе и мыслилось мне в более счастливые дни воспитание и формирование наших детей. К этому прежде всегостремился я в прожитой жизни. И вот она обрывается; хорош ли, правилен ли ее итог, судить я не могу, ведь жизнь — это болезнь и выздоровление, взлет и падение. Прошу тебя, именно так гляди на те тяжелые времена, которые тебе предстоят, и я горячо желаю, чтобы моя судьба не заставила страдать ни тебя, ни детей. Будь сильной и мужественной, как до сих пор, и всю любовь, предназначенную мне, отдай нашим детям. Они будут расти, их благополучие и успехи наряду с твоим бесконечным трудом принесут тебе много душевной радости. Они заполнят твое сердце, и вместе с ними станет богатой и радостной и твоя жизнь.

Я хотел бы еще раз сказать тебе, моя любимая, самая любимая на свете Клере, как счастлив и как радостен был я с тобой. Ты дала мне годы огромного счастья, глубочайшей любви. Я никогда и не думал раньше, что человек может излучать столько любви, и я тоже любил тебя, тебя и наших детей со всей силой, на какую способен. Прости, если когда обидел тебя грубым, суровым словом, прости и иногда в часы покоя думай обо мне.

С чувством глубочайшей любви говорю тебе: прощай, моя хорошая!

Твой Карл

Источник: Карл Гейнц Бирнат. Луиза Краусхаар. Организация Шульце-Бойзена-Харнака в антифашистской борьбе. Издательство «Прогресс», Москва 1974. перевод книги Karl Heinz Biernat, Luise Kraushaar/ Die Schulze-Boysen/Harnack organisation im antifaschistischen kampf. Institut fur Marxismus-Leninismus BEIM ZK der SED Dietz Verlag Berlin 1970.

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *